1. 
Крадётся осень рыжею лисицей, 
Коварна, недоверчива,хитра, 
И солнце зря старается с утра 
Через завесу облаков пробиться. 
Собравшись в стаи, кружат в небе птицы 
Истерия привычна и стара, 
Барсучья глубока, тепла нора, 
В ней зверь подмел недавно половицы,
 И на пери ну листьев тащит тачку, 
Готовится к обычной зимней спячке.
 Черны вновь ночи, тягостно-угрюмы, 
И утром не сгибается спина. 
Туч тяжелы и неподвижны думы, 
Вода в озёрах от дождей темна. 

2. 
Вода в озёрах от дождей темна, 
О берег бьются волны с грязной пеной,
 у чернети повадки неизменны - 
Ей нравится простор и глубина. 
Вся камышей изломана стена, 
И крякаши здесь плавают степенно, 
Ныряют с головой попеременно, 
И что-то достают себе со дна.
 Днём утки кормятся и отдыхают, 
И клювом перышки перебирают. 
Преодолеть им предстоит немало, 
И сила, и выносливость нужна ... 
Прикрыв бока пуховым одеялом, 
Луна простыла и слегка бледна. 

3. 
Луна простыла и слегка бледна, 
А ведь вчера была ещё игрива, 
Купалась в водах спящего залива, 
Хоть знала, что водица холодна. 
Но лебедя увидела она, 
Он плыл спокойно и неторопливо,
 И замирали восхищённо ивы. 
И полюбила гордая луна. 
И лесенку с небес она спустила, 
И обо всём на свете позабыла ... 
Ночь пролетела, словно краткий миг.
 Ведь счастье так всегда недолго длится!
 И мчится в небо лебединый крик, 
И в облака закутаться стремится ...
 
4. 
И в облака закутаться стремится 
Горчичники, лекарства и компресс 
Помогут снять луне глубокий стресс
 И жить, как прежде, снова научиться. 
Хлопочут шумно гаички-синицы, 
Немного оживляя тихий лес, 
Бельчонок у гриба проверив вес, 
На ёлку затащить его стремится. 
Готовит на зиму себе запасы, 
И рядом с ним сороки "точат лясы". 
А у берёз и трепетных осин 
Растерянность, смятение на лицах, 
Для беспокойства - множество причин ... 
у ивы снова слёзы на ресницах.
 
5. 
у ивы снова слёзы на ресницах. 
Обижена и ветром, и дождём, 
И отдохнуть не может даже днём, 
К земле согнула тонких веток спицы.
 В еловой чаще рыскает куница, 
А филин притворился старым пнём, 
И слух и зрение всегда при нём, 
Когтями, клювом острым он гордится. 
Куницу ловко на лету хватает, 
Ни робости, ни жалости не знает. 
 С добычею исчез он за стволами 
Спокойствие, печаль и тишина ... 
Дубы качают молча головами, 
И ржавчиной листва заражена.
 
6. 
И ржавчиной листва заражена, 
Ведь по утрам мороз - довольно строгий. 
И гальку собирает на дороге 
Глухарка, осторожна и важна. 
Калины гроздь налита и красна, 
И рябчик ягод поклевал немного, 
А сойка раскричалась без предлога. 
Сварливому характеру верна.
 Грустны глаза у скромной голубики,
И рядом прячется во мху брусника. 
Природа русская щедра, богата, 
Радушия старинного полна ... 
Растут гурьбою рыжики, маслята, 
И клюква на болоте так вкусна.
 
7. 
И клюква на болоте так вкусна, 
Усыпаны горохом красным кочки. 
Семья опят, прижавшись на пенёчке, 
Проводит ночи длинные без сна. 
Искривлена причудливо сосна, 
И в высоту расти давно не хочет, 
Желна неугомонная хлопочет 
Криклива, суетлива и черна. 
Парит зимняк над лугом, круг за кругом, 
Широки крылья, прочны и упруги.
Покрыта тайной жизнь больших болот, 
В их глубине история хранится ... 
А клюква снова просится мне в рот,
 И косачи привыкли здесь кормиться. 

8. 
И косачи привыкли здесь кормиться 
Брусника, клюква - лучшая еда, 
И по утрам бормочут иногда, 
И распускают на хвостах косицы. 
К ним подбирается в кустах лисица, 
Пристала к шерсти всюду череда, 
Но не случилась в этот раз беда, 
Проворней зверя оказались птицы. 
Тетерева расселись на берёзах 
И адресуют кумушке угрозы. 
Поднялся с шумом вспугнутый глухарь 
И на сосновой сел вдали вершине, 
А за бугром, где зарастает гарь,
 Медвежий след застыл на ржавой глине. 

9. 
Медвежий след застыл на ржавой глине, 
Огромен, угрожающе когтист. 
И рябчиков тревожный слышен свист,
 И заяц в белых бегает штанинах. 
А после свиристелей на рябине 
Остался только одинокий лист, 
И лёд на лужах тонок и искрист, 
И бьётся под ногой на половины. 
А в озере вода не замерзает, 
Семья ондатр давно здесь обитает, 
Из хаток ими создан городок 
И тростников подстрижены куртины... 
И прямо в беломраморный висок 
Пробито небо клином журавлиным. 

10. 
Пробито небо клином журавлиным, 
И душу рвёт протяжный этот крик, 
С лесных полян исчез давно цветник,
 Но горевать об этом нет причины. 
А у дубравы нынче именины, 
И грандиозный у зверей пикник.
 Друг к дружке кабаны идут впритык, 
Щетина разлохматилась на спинах. 
Здесь секачи собрались не случайно,
 На жёлудя год нынче урожайный. 
Им надо откормиться до зимы, 
Чтобы запас из жира был богатый ... 
А в стороне от этой кутерьмы 
Несёт рога тяжёлые сохатый. 

11. 
Несёт рога тяжёлые сохатый. 
Зверь взбудоражен очень, возбуждён.
Из горла вместе с паром рвётся стон, 
Трава копытами вокруг измята. 
И страстью, и томлением объятый, 
Не ест, не пьёт, суров и напряжён. 
Лосиху исступленно ищет он, 
Рогов отточенно-остры лопаты.
 Быка другого на пути встречает, 
Без колебаний драку затевает: 
Соперники сшибаются рогами, 
Один из них не выдержал, упал ...
 Проложена укромными местами, 
Извилиста лосиная тропа. 

12. 
Извилиста лосиная тропа, 
И тянется сквозь дебри и болота, 
Где филина ночами слышен хохот, 
Скрипят сушин костлявых черепа.
 И лишь волков голодная толпа 
Все изучила стёжки, повороты, 
И вороны следят в своих полётах 
За тем, кто в переделку вдруг попал. 
Гнусавым криком местность оглашают,
Соседей на пирушку созывают.
 Сурова жизнь, пустых не любит слёз. 
Ни правых нету здесь, ни виноватых!
 И, относясь к своим делам всерьёз, 
Бобры на речках подновили хаты. 

13. 
Бобры на речках подновили хаты, 
У входа в норы сложены корма, 
Им не страшна суровая зима - 
И льды, и стужа, и снегов булаты. 
И норка здесь живёт, неоднократно
 В подводные ныряет закрома, 
Где с карасями у неё роман, 
И окуньки, и щучки на подхвате. 
Зверёк проворен, быстр и грациозен, 
И шерсть блестит, искрится на морозе. 
Вода не замерзает на плотинах, 
От полыньи восходит кверху пар, 
Согнула росомаха-туча спину, 
И сыплет с неба мелкая крупа. 

14. 
И сыплет с неба мелкая крупа, 
Летит в глаза, царапает мне щёки, 
И ветер хитрый подобрался сбоку,
 В одежду впился с цепкостью клопа. 
Улыбка солнца холодно-скупа, 
В его усильях очень мало проку, 
А мне сегодня снова одиноко, 
И в сердце боль привычна и тупа. 
Такое просто нынче настроенье, 
И туч гнетущих тяжелы сомненья. 
Исчезнет завтра, знаю, эта грусть,
 Душа в дорогу с жаждой устремится,
 И пусть по тропам заповедным, пусть, 
Крадётся осень рыжею лисицей. 
	
15 . 
Крадётся осень рыжею лисицей, 
Вода в озёрах от дождей темна, 
Луна простыла и слегка бледна, 
И в облака закутаться стремится.
 у ивы снова слёзы на ресницах,
 И ржавчиной листва заражена, 
И клюква на болоте так вкусна, 
И косачи привыкли здесь кормиться. 
Медвежий след застыл на ржавой глине, 
Пробито небо клином журавлиным.
Несёт рога тяжёлые сохатый, 
Извилиста лосиная тропа, 
Бобры на речках подновили хаты,
И сыплет с неба мелкая крупа. 
  

 1. 
Пришла зима - безжалостно-сурова, 
С морозами, снегами и пургой, 
Трещат деревья утренней порой 
И примеряют снежные обновы. 
На берегу у старицы-подковы 
Табун лосей, от инея седой, 
Бредёт протоптанной в снегу тропой 
Суровый бык, телята и корова. 
Хоть у лосей длинны ходули-ноги, 
Но снегу навалило слишком много. 
Телята чертят, задевают брюхом 
И медленно спускаются с бугра ... 
У солнца зимнего бледна краюха 
Зверью и птицам трудная пора. 

2. 
Зверью и птицам трудная пора, 
И выжить может только лишь сильнейший. 
Природы мир суров и небезгрешен, 
И у зимы крутой, жестокий нрав. 
Доставил новость птичий телеграф, 
Что ходит по лесам бродяга - леший, 
Сосульками блестящими обвешен, 
При встрече у зверей рождает страх. 
Я тоже повстречал его в овраге. 
Он от меня умчался, бедолага. 
Не леший это был - секач-отшельник, 
Уставший от сородичей и драк. 
По пояс заметён снегами ельник, 
И распоясались вовсю ветра. 

3. 
и распоясались вовсю ветра, 
И снег летит, цараписто-колючий, 
И каждый миг пространства перекручен, 
Всю мощь и силу выказал буран. 
Поймав пьяняще-яростный кураж, 
Он возомнил себя таким могучим, 
Что отобрать решил у неба тучи, 
Но в этом деле потерпел он крах. 
И постепенно он уснул в овраге,  
Чтобы весной ручей наполнить влагой. 
Пример его не пригодился впрок, 
Свирепствуют ветра вовсю по новой, 
И новый яростный дают зарок, 
И горы снега намести готовы. 

4. 
И горы снега намести готовы, 
Пока в крови живёт ещё азарт, 
Но выпустив из горла снежный пар, 
Вдруг замолкают все на полуслове. 
И мир с утра умыт и очарован, 
Небес гитару тронул солнце-бард. 
Присел слегка на облако-плацкарт, 
И зазвучал мотив бодряще-новый, 
Он свеж, прозрачен, ласково-весёлый.
 И нежно так, чуть-чуть, щемяще-колок. 
Мотив далёкой радостной весны, 
Но слишком тяжелы снегов покровы, 
Нахально-грубо-каменно-тесны, 
У речек и озёр прочны оковы. 

5. 
У речек и озёр прочны оковы, 
Но подо льдом жизнь бурная кипит: 
Вот выхухоль подвижная спешит, 
Казарку хоботком схватить готова. 
И норка в глубину ныряет снова, 
Поймать за спину щучку норовит. 
А сытый бобр в своей норе храпит, 
Запасы наготовил он толково. 
Ондатры рвут кубышки корневища, 
Им на зиму довольно сытной пищи.
 И выдра держится от всех особо, 
Налимы притаились у коряг ...
Сосёнка утонула вся в сугробе, 
Толста дубов шершавая кора. 

6. 
Толста дубов шершавая кора, 
Былинной силой их тела налиты, 
И стал кристаллом за ночь солнца слиток, 
Небес поранив мимоходом край. 
у горностая в ивняке нора, 
Снега двухчёткою его прошиты, 
Да у клестов на ели гнёзда свиты, 
И подрастает быстро детвора. 
Везде видны следы и поедь белок, 
И шишки обработаны умело. 
Ночуют белки в дуплах или гайнах, 
Куница - их главнейший, страшный враг. 
Ловка, хитра, настойчиво-нахальна ... 
Безлунной ночью беспросветен мрак. 

7. 
Безлунной ночью беспросветен мрак, 
Победно воют у добычи волки, 
Охотятся совместно, стаей, с толком, 
В охоте редко допускают брак. 
Стряхнув со шкуры блёстки серебра.
 Рысь к беляку подкралась втихомолку. 
Свалился снег с запорошённой елки, 
Но хищница проворна и быстра. 
За этой драмой наблюдает филин, 
И голосом гнусаво-замогильным хохочет дико. 
Падает кухта, 
И ветер силу набирает снова, 
След заметает хитрого кота. 
Бесшумной тенью пролетают совы.  

8. 
Бесшумной тенью пролетают совы, 
Всё видят, слышат в полной темноте, 
Д жизнь полёвок в вечной суете, 
И их хватают когти-самоловы. 
Хорёк подвижен, голоден и ловок, 
Чтоб мышь словить, готов он попотеть. 
Надломлен ветром дерева крестец,
 Смола застыла на коре сосновой, 
Д на сушине - "кузница" у дятла, 
Раскиданы по снегу шишек пятна. 
Вот ивы куст, как будто подожжён, 
То стайка снегирей слегка "балует". 
Принюхалась, прислушалась ...
 Прыжок! Лиса-плутовка на поле мышкует. 

9. 
Лиса-плутовка на поле мышкует, 
Охотой сильно так увлечена, 
Что не глядит совсем по сторонам, 
Руками хоть бери её такую. 
Но сойки в ивняке лису страхуют, 
Вот вдруг тревожно крикнула одна, 
Лиса враз замерла, напряжена, 
Готова броситься напропалую. 
Д птиц перепугал тетеревятник 
Глазастый, ловкий, сильный, аккуратный. 
За сойками давно он наблюдал 
И незаметно подлетел втихую. 
Летит снежинок быстрых чехарда, 
И в снежных лунках косачи ночуют. 

10. 
и в снежных лунках косачи ночуют, 
Пушиста и тепла у них постель, 
Пусть воет наверху себе метель, 
Морозы хулиганят и колдуют. 
Когда окрепнут солнца поцелуи, 
И инея растает канитель, 
Тетерева бросают колыбель, 
По рощицам берёзовым кочуют. 
Клюют берёз коричневые почки
 И, не привыкнув быть поодиночке,
 Сбиваются в большие табуны, 
И вспоминают о боях весенних. 
Слетев с вершины небольшой сосны, 
Глухарь стрижёт колючий можжевельник. 

11. 
Глухарь стрижёт колючий можжевельник, 
Зимою скуден птичий рацион. 
По снегу в одиночку бродит он, 
Морозов и снегов невольный пленник. 
А рябчики облюбовали ельник, 
Спустившийся к речушке на поклон. 
На ветках снега - миллионы тонн, 
Сгибаются и спины и колени. 
Рябчишки преуспели в маскировке, 
Становятся невидимыми ловко. 
Ночами в снежной нежатся пери не, 
Не ведая подвоха и беды, 
В прыжке куница распрямила спину, 
И на снегу отчётливы следы. 

12. 
И на снегу отчётливы следы, 
Вся жизнь лесная подлежит огласке: 
Вот здесь видна цепочка юркой ласки, 
А там репейник дергали дрозды. 
Здесь бобр вылазил ночью из воды 
И мастерил из ивняка салазки ... 
Весь зимний лес - одна большая сказка, 
Людские притязанья ей чужды. 
В его душе всегда хранится тайна - 
Непредсказуема, необычайна 
Она меня волнует и пленит. 
И пахнет вкусно так пихтовый веник, 
Где коротая ночи стужу, дни, 
Кабан разрыл для лёжки муравейник.
 
13. 
Кабан разрыл для лёжки муравейник. 
Кровать удобна эта и мягка, 
Иголками усыпаны бока, 
Лежит себе, предавшись праздной лени. 
Желна полна глубоких подозрений, 
Косится на меня из-за сучка, 
Решить не может для себя пока:
 "Сродни волкам я, птицам иль оленям?" 
И от меня подальше отлетает, 
И резким криком местность оглашает. 
И ворон на меня прокаркал строго, 
Стряхнув с берёзы блёстки из слюды, 
Медведь в шахре укрыл свою берлогу
 И спит спокойно, крепко, без нужды. 

14. 
И спит спокойно, крепко, без нужды 
Медведь, лишь пар из-под земли клубится, 
Летают стайками с утра синицы, 
Неугомонно тяжки их труды. 
Их голоса не в силах разбудить
 Снега, пока им крепко, сладко спится, 
Спокойствие и чопорность на лицах, 
Сны тяжелы, загадочно-седы. 
В сугробах утопают мои лыжи, 
И солнца взгляд - устало-неподвижен. 
Укутал иней плечи у берёз, 
И по-мальчишечьи СОРВИГОЛОВЫЙ 
За щёки щиплет озорник-мороз ... 
Пришла зима - безжалостно-сурова. 

15.
Пришла зима - безжалостно-сурова. 
Зверью и птицам трудная пора, 
И распоясались вовсю ветра, 
И горы снега намести готовы. 
у речек и озер прочны оковы, 
Толста дубов шершавая кора,
 Безлунной ночью беспросветен мрак, 
Бесшумной тенью пролетают совы.
 Лиса-плутовка на поле мышкует, 
И в снежных лунках косачи ночуют.
 Глухарь стрижёт колючий можжевельник,
 И на снегу отчётливы следы, 
Кабан разрыл для лёжки муравейник,
 И спит спокойно, крепко, без нужды. 
 

 1. 
Упрямо непохожи друг на друга 
Поступки всем наскучившей зимы, 
И эти ночи - воплощенье тьмы,
 Где рыскают голодные зверюги. 
Земля и небо - вечные супруги 
Рождают в голове природы мысль.
 И вот уже взлохмачены умы, 
И каждый факт старательно обструган. 
И дятлов далеко слышны трещотки, 
Их телеграф работает вновь четко. 
И новости летят во все пределы. 
Повторы, разъясненья не нужны ... 
Чтоб завершить своё достойно дело 
Три месяца в запасе у весны. 

2. 
Три месяца в запасе у весны, 
Есть время для серьезной подготовки. 
Зимы-хитрюги изучить уловки - 
Все тонкости и мелочи важны. 
Испечь на солнце первые блины, 
Всё проявить - уменье и сноровку, 
Накрыть столы старательно и ловко, 
Созвать гостей со всех концов страны. 
То масленицы светлая неделя, 
Все лица понемногу подобрели, 
И расцвели у девушек улыбки, 
Лукавы и загадочно-нежны ... 
Но всё пока обманчиво и зыбко, 
У марта долгие ночные сны. 

З. 
У марта долгие ночные сны, 
И снятся постоянные кошмары,
 И голова болит, как от угара, 
И мысли заторможенно-трудны. 
Но пение в лесу больших синиц, 
Их шумные хлопочущие пары, 
Капели первой звонкие удары, 
Сосульки, облепившие карниз 
Всё это яркие весны приметы. 
Отрада для гурмана и поэта. 
И нежностью давно опушены 
У вербы сероглазой брови-дуги ... 
Протёрты по краям, изъязвлены 
Гранит снегов и грубых льдов кольчуга.
 
4. 
Гранит снегов и грубых льдов кольчуга 
Тесны и давят, тяжело плечам, 
Проталин рты на бугорках кричат, 
И покраснел и лица от натуги. 
Ворчливая приветливая ругань. 
И не расстаться галкам и грачам, 
Воркует голубь, нежно бормоча, 
Ухаживает за своей подругой. 
И глухари в лесу узоры чертят, 
А солнца грудь проткнул сосновый вертел,
 И капли крови капают на снег, 
И облака зарделись от испуга ... 
И с каждым днём свой ускоряет бег 
Апреля нрав - задиристо-упругий. 

5. 
Апреля нрав - задиристо-упругий: 
Бормочут на рассвете косачи, 
И токовик "чуффыкает - бурчит",
 раздвинув на хвосте косицы-дуги; 
Бекас заблеял на десятом круге, 
Суровый лось - размашисто-плечист, 
И селезень взволнованно "шкварчит",
 Летит за уткой над промокшим лугом. 
Крик журавлей вновь на болоте слышен, 
А рог лосиный источили мыши, 
Он вытаял на небольшой полянке 
у стволика обломленной сосны ... 
Вновь солнце припекает спозаранку, 
Снега бессонницей утомлены. 

6. 
Снега бессонницей утомлены, 
Ни днём, ни ночью нету им покоя, 
Низины пересыщены водою, 
И мысли по-разбойничьи шальны. 
И вот "объевшись словно белены", 
Поймав враз настроение хмельное, 
Ручьи и речки дружною гурьбою 
На штурм ледовой бросились стены. 
Запело, закипело половодье, 
Как символ обновления природы. 
Все реки захотели стать морями, 
И берега сейчас им не нужны, 
Деревья рвут безжалостно с корнями 
Волнение натянутой струны. 

7. 
Волнение натянутой струны, 
Весёлая, но грозная стихия. 
И кулаки тяжёлые, лихие, 
Суставы, мышцы все напряжены. 
Летят гусей и уток табуны, 
И зайцы ищут бугорки сухие, 
Они пловцы беспомощно-плохие,
 А воды беспощадно-холодны. 
Выходят рыбьи стаи на разливы 
В азарте нереста нетерпеливом. 
И выхухоль забралась на бревно,
Плывет на нем, как атаман на струге ... 
Чисто и солнечно весны окно, 
В полнеба растворённая фрамуга. 

8. 
В полнеба растворённая фрамуга, 
И воздух мчит, прохладен, юн и свеж,
 И птичьи стаи вновь полны надежд, 
Спешат домой с наскучившего юга. 
И жаворонок, милая пичуга, 
Как колокольчик средь глухих невежд,
 А чибис нудный, хоть его зарежь, 
Гнусавит жутким голосом пьянчуги. 
Воркует вяхирь страстно, неустанно, 
И стайками летают турухтаны. 
Токуют на деревьях глухари, 
В глазах живет зари багряный сполох, 
И я шепчу себе: "Смотри! Замри! 
Вот май - зелёный, песенный, весёлый!" 

9. 
Вот май - зелёный, песенный, весёлый, 
И птичий хор звенит на все лады,
 Здесь зяблики, скворцы, щеглы, дрозды, 
И соловьиное пылает соло. 
Пьянящее весеннее приволье, 
Гармония природной чехарды, 
И ландыш первый душу бередит, 
И новый дал росток упавший жёлудь.
 И каждый шаг - открытье, откровенье, 
Основа для любви и вдохновенья.
 Вновь ноги сами просятся в поход, 
Мнут сапоги суглинистый просёлок, 
Где не проедет даже вездеход, 
И в каждой луже - солнечный осколок.
 
10 . 
И в каждой луже - солнечный осколок,
 И мчатся торопыги-облака, 
Лохматит ветра легкая рука 
Вихры сосновых непослушных челок. 
Спешат набрать пыльцу трудяги-пчелы, 
Раздолье им в цветущих ивняках, 
Одна из пчёл залезла мне в рукав 
И одарила жалящим уколом. 
Себе же хуже сделала, дурёха, 
Д мне от яда не бывает плохо. 
Но я спешу покинуть ивняки, 
Серёжек жёлтых задевая пряди ... 
У мая планы ярко-велики - 
Примерка новых праздничных нарядов. 

11. 
Примерка новых праздничных нарядов, 
Природой отшлифованный фасон, 
Купавок шелк, черемухи шифон, 
Фиалок синеглазая плеяда. 
Эпоха карнавалов буйных, свадеб, 
Любви и размноженья марафон, 
У племени любого - свой закон, 
Свои уловки и свои обряды. 
В природе - множество живых копилок 
Всепобеждающей великой силы. 
Преобладают сильные натуры, 
сомненьям несуразным вопреки ... 
Изящная практичность фурнитуры 
Цветочки, лепесточки, мотыльки ...
 
12. 
Цветочки, лепесточки, мотыльки, 
Изысканность и вычурность отделки, 
Мать-мачехи хитры, шустры "гляделки",
 И деловиты майские жуки. 
Бугорчато-шишкастые сморчки
 Устроили грибные посиделки ... 
Опять сварливой сойке - тарахтелке 
Пригрезились спросонья чужаки: 
А то свинья, и с нею поросята, 
Подвижны, любопытны, полосаты, 
Надумали лужайку пересечь
 Такое дружное лесное стадо. 
Сильнее солнце начинает печь, 
И сердцу утомлённому отрада. 

13. 
И сердцу утомлённому отрада 
Почти по-летнему уже тепло, 
Прозрачнее, светлей озёр стекло, 
И в рдестах щучки прячутся в засаде. 
Кукушек болтовня хранит досаду, 
Природой суждено творить им зло, 
Нашла гадюка теплый уголок, 
Шипит сердито, угрожает ядом. 
В кольцо сжимается тугой пружиной,
 В лесах у нас опасней нету "мины", 
Я обхожу змею спокойно, мимо, 
Зря убивать я с детства не привык ... 
Становятся смелее ощутимо
 Зеленые глазастые ростки. 

14. 
Зеленые глазастые ростки 
Вылазят из земли густой гурьбою, 
Одежды камуфляжного покроя, 
Надвинуты по моде козырьки. 
И вечно им штанины коротки. 
Увлечены весёлою игрою, 
И настроенье бойкое, лихое. 
Быстрее, резче, наперегонки 
Растут и лезут вверх нетерпеливо, 
И нет у них другой альтернативы. 
Гремит над лесом первая гроза, 
Пьянит черемух царственная вьюга. 
Весны весёлой хитрые глаза 
Упрямо непохожи друг на друга. 
 
15. 
Упрямо непохожи друг на друга
 Три месяца в запасе у весны: 
У марта - долгие ночные сны, 
Гранит снегов и грубых льдов кольчуга. 
Апреля нрав - задиристо-упругий. 
Снега бессонницей утомлены, 
Волнение натянутой струны, 
В полнеба растворенная фрамуга. 
Вот май - зелёный, песенный, весёлый. 
И в каждой луже - солнечный осколок. 
Примерка новых праздничных нарядов, 
Цветочки, лепесточки, мотыльки, 
И сердцу утомлённому отрада 
Зеленые глазастые ростки. 

 Родиться Русским - слишком мало: 
Им надо быть, им надо стать!" 
И. Северянин 
1. 
Зимы жестокость, ласковость весны, 
Удушье льдов, стихия половодья -
 Всё вечно чередуется в природе: 
И солнца жар, и холодность луны. 
и мы порой усталы иль больны 
Лихим враждебным прихотям в угоду. 
Виним во всём капризную погоду 
И раздраженья грубого полны. 
Обиды в горле прячется комок,
И мнёт рука исписанный листок. 
Всё кажется ненужным и чужим, 
И мысли разношёрстны и вихрасты,
 И новые рождают миражи 
Июльский зной, сентябрьское ненастье. 

2. 
Июльский зной, сентябрьское ненастье, 
И гроз многоэтажный грубый мат, 
Летящих листьев медленный десант, 
И первых льдов холодный жёсткий пластырь. 
Мы снова разрываемся на части, 
Грядущих бед предчувствуя набат, 
И облака трепещет транспарант 
у ветра раздражённого во власти. 
Не спелось, не сложилось, не срослось, 
Сместилась в жизни постепенно ось!
 Не знаем мы, что ждёт нас впереди. 
А дни сейчас - обидчиво-клыкасты ... 
Живут в земной истерзанной груди 
Глубокий сон и взрывы бурной страсти. 

3. 
Глубокий сон и взрывы бурной страсти 
Естественны, привычны, не новы, 
Теряет первозданность синевы 
Небес прожжённый закопчённый пластик. 
Природа - мудрый, вдохновенный мастер,
 Ее творенья - истинно-правы: 
Своя есть правда у лесной травы. 
И у дубов, надёжно-коренастых. 
и только лишь в сообществе людей 
Идёт борьба извечная идей! 
Чтоб что-то доказать, они готовы 
Разрушить всё, не чувствуя вины ... 
Наш мир спасти способно Божье слово. 
И строгость осторожной тишины! 

4. 
И строгость осторожной тишины 
Дуб охраняет в форменной фуражке, 
Звенит родник доверчивый в овражке, 
Где таволга цветёт, купавки, сныть. 
Близка нам страстность пламенной сосны, 
Широких плеч её косая сажень,
Смолистый дух - порывисто-отважен, 
Иголки - настороженно-длинны. 
Янтарный ствол обнимем мы рукой
 И обретём отринутый покой! 
Всё преходяще, мимолётно, тленно, 
У времени - так много седины ... 
Но связь веков прочна и неизменна, 
Мечты и мысли вдаль устремлены. 

5. 
Мечты и мысли вдаль устремлены, 
Им, как всегда, на месте не сидится, 
Они легки, воздушны, словно птицы, 
Не ведают запретов и границ. 
Мы знаем - в жизни есть такие дни, 
Когда потребность есть остановиться, 
Чтоб заглянуть душой в родные лица, 
Изведать глубину своей вины. 
Освободиться враз от суеты. 
Увидеть снова звёзды и цветы! 
Среди друзей набраться новых сил,
 Ведь встречи стали так, увы, нечасты ...
 И снова в путь, за сотни трудных миль, 
Где всех нас ждёт неведомое счастье. 

6. 
Где всех нас ждёт неведомое счастье, 
В которое мы верим снова, ждём, 
Стоим под звёздным проливным дождём, 
У сил природы находясь во власти. 
А жизнь трудна, и часто нечем хвастать: 
Былой огонь становится углём, 
И солнце мы не видим даже днём,
 И радугу рисуем чёрной пастой! 
И чёрный снег дотронулся до крыш, 
Черна и непробудна ночи тишь 
Но знаем - солнце выйдет из-за туч, 
И птичий хор, заливисто-горластый, 
Устроит утром свой весёлый путч - 
И что нам бури, град, дождей напасти! 

7. 
И что нам бури, град, дождей напасти 
Привыкли мы бороться и терпеть,
 Судьбы-злодейки хитроумна сеть, 
Разинуты капканов злые пасти. 
И мы растём, худы и голенасты,
И учимся ходить, смеяться, петь, 
На облака далёкие смотреть, 
На лыжах бегать на заре по насту. 
И сердцем постепенно пони мать 
Три истины: Любовь, Россия, Мать, 
Которые просты и непреложны, 
Как трудный чёрный хлеб родной страны! 
Хоть в жизни всё запутанно и сложно, 
В своей мы правоте убеждены. 

8. 
В своей мы правоте убеждены, 
Пусть трудно избежать порой ошибок! 
Ночных раздумий тяжеленны глыбы, 
Края изломанно-заострены. 
Нас не волнуют званья и чины, 
И трафареты правильных улыбок, 
Мы извлекать не научились прибыль 
Из разоренья собственной страны. 
Не наживались на чужой беде, 
Держа свои амбиции в узде! 
За наш народ и за страну обидно 
Как будто носим воду решетом! 
Пока просвета впереди не видно, 
Решенья все оставим на потом. 

9. 
Решенья все оставим на потом, 
Подумать надо с толком, разобраться
 Жизнь заставляет каждый миг сражаться
 За свет и счастье, за тепло и дом. 
Не ждать того, покуда грянет гром,
 В лихие дни лишь поминая святцы, 
Ведь время - самый ловкий папарацци, 
Подкараулит за любым углом. 
Оно умеет терпеливо ждать 
И на курок легонько нажимать, 
Чтоб сделать в нужный миг конкретный снимок
Безмолвно мы кричим открытым ртом! 
Без фальши, надувательства и грима 
Упругость чувств проверим на излом. 

10. 
Упругость чувств проверим на излом 
На самой острой грани, на пределе, 
Давно душа от счастья не звенела, 
Лишь верещала мартовским котом. 
и сами виноваты мы кругом, 
Лишённые природной веры, цели 
Ведь треть России мы уже отпели,
 И катится беда, как снежный ком. 
и бабы разучаются рожать, 
А мужикам - "вино бы только жрать!"
 Давно пора одуматься, всем миром 
Повымести из душ всю дребедень. 
Пускай звучит пронзительная лира, 
В основе жизни - жажда перемен. 

11. 
В основе жизни - жажда перемен, 
И места нет для сонного покоя
Без нас России не бывать другою, 
И вечно прозябать в нужде и тьме. 
Мы так спешили совершить обмен 
Отдали честь за сумки с колбасою,
 Сейчас в родной стране мы, как изгои, 
В долгах, домах сиротских иль тюрьме. 
и правит миром Запад-западня, 
Окорочком отравленным маня. 
Забыли мы обычаи свои 
И в прорубь не ныряем на Крещенье ...
 Но верю я - живёт ещё в крови 
Свободный дух живого обновленья! 

12. 
Свободный дух живого обновленья 
В душе народной крепнет и растёт 
Всё делаем порой наоборот, 
Не признавая чужеродных мнений. 
Пьём чай из трав настоянных, корений, 
Со лба рукою вытирая пот ... 
А ночь из звёзд вновь кружева плетёт 
С привычным ей упорством и терпеньем: 
Здесь Лев и Овен, Скорпион и Рак, 
Свой смысл имеет каждый звёздный знак, 
Грядёт сейчас эпоха Водолея, 
И пешкой не умея быть в игре, 
Все трудности в борьбе преодолеем
 Пусть труден путь, порой опасен крен.
 
1З. 
Пусть труден путь, порой опасен крен,
 И пропасти, и трещины, и скалы, 
Извечная простуженность вокзалов, 
Гудки протяжные глухих сирен. 
Через туман, обыденность, мигрень, 
Под тяжестью житейских перепалок, 
Учились мы не понимать усталость, 
Не верить золочёной мишуре. 
Всё пробовать на ощупь и на зуб, 
Таскать себя за непослушный чуб. 
И привыкать к упорному труду, 
Оттачивать сноровку и уменье ... 
А времена хорошие придут, 
В успех должны мы верить без сомненья
 
14. 
В успех должны мы верить без сомненья, 
Хотя шаги упорно-нелегки, 
И нам с тобою драться не с руки, 
Мир превращать в опилки и поленья. 
Одной цепи разорванные звенья
 Мы друг от друга слишком далеки, 
Небес так расшатали потолки 
Раздавят сразу всех без сожаленья! 
Глядят на нас далёкие миры, 
Себя не открывая до поры. 
Устала от людского зла планета, 
Глаза озёр тоской замутнены, 
Перемешались взгляды и приметы 
Зимы жестокость, ласковость весны.
 
15. 
Зимы жестокость, ласковость весны, 
Июльский зной, сентябрьское ненастье, 
Глубокий сон и взрывы бурной страсти, 
И строгость осторожной тишины. 
Мечты и мысли вдаль устремлены, 
Где всех нас ждёт неведомое счастье, 
И что нам бури, град, дождей напасти, 
В своей мы правоте убеждены. 
Решенья все оставим на потом, 
Упругость чувств проверим на излом. 
В основе жизни - жажда перемен, 
Свободный дух живого обновленья. 
Пусть труден путь, порой опасен крен 
В успех должны мы верить без сомненья!