Русские горки

МАТЬ-И-МАЧЕХА  
Буду ямщиком.
Садись - поехали!
Тройка мчится,
Бубенцы звенят.
Горе горемычное,
Потеха ли -
Но копыта
Попадают в такт.
Верстовые
Вешки полосатые.
Даль полна
Предчувствий катастроф.
Верещат
Под ободом  проклятые,
С облаков
Взирает Саваоф.
Хочешь песню?
Затяну, пожалуйста.
У меня она 
Звенит в крови.
Слушай,
Путник милый,
И не жалуйся,
И людей
На помощь не зови!
Кони, эй!
Покуда вас не продали -
Прямо
И летите веселей
По Руси,
Которую не поняли,
По земле
Расхристанной моей!
Родина,
Ты словно мать-и-мачеха
К нам всегда
Холодной стороной!
Неужель тебе не жалко
Мальчика
И его слезинки
Ледяной?
Бубенцы трезвонят
Или колокол?
И куда зовёт
Вечерний звон?
Просыпаюсь...
Голова расколота.
И хрипит,
И мечется - вагон.

ВАГОН-КАЧАЛКА
Общага, коммуналка -
Летит вагон-качалка.
Здесь все, кто незнакомы,
Живут единым домом.
Газет листают чтиво,
Пьют чай и тянут пиво,
Спят, принимают пищу
И приключений ищут.
Молчанки иль беседы
С соседкой и с соседом.
Тут, повернувшись боком,
Ты можешь не таиться -
Открыться ненароком
Иль навсегда закрыться.
Никто здесь не обязан
Ничем друзьям вагонным.
И каждый с каждым связан
Под стук колёс бессонных.
Есть тамбур для курящих,
Товар для предержащих.
Чтоб всласть вас укачало,
Вы водочки возьмёте.
Мест для интима мало,
Но что-нибудь найдёте.
Здесь проводник - хозяин,
То жмот, то доброхот,
И прост, и полон таинств -
Кому как повезёт.
Приляжешь - в изголовьи
Леса, луга, селенья...
И думаешь с любовью
О прелести движенья.
А впереди - Россия,
И позади - она же.
Вся - в нищете и силе -
Как перед распродажей.
Бай-бай... Бай-бай...
Не спится...
Бай-бай... Бай-бай...
Что должно...
Бай-бай... Бай-бай...
Свершится...
Спи...

РОССИЯ
Колесо покатилось...
Прокрутилось назад.
И на чём ты, Россия,
Остановишь свой взгляд?
Нам заморское чудо
Угощенье несло.
Съели пищу и блюдо.
Чудо косится зло.
Всё проглотит Россия,
Всё исторгнет во тьму.
Что за дикая сила?
Что за дурь? Не пойму!

ПОМОЙКА
(Ода)
Помойка российская, все тебя хают,
А я тебе оду любви посвящаю.
Пресна аккуратность, убийственна строгость,
А здесь всё так мило, знакомо, убого.
Художник небрежно рассыпал предметы,
Полно размышлений про то и про это.
Здесь самых высоких материй изнанка -
Скукожена жизнь, как консервная банка.
Гигантские планы, великие стройки
И лозунги века - всё тут, на помойке.
Здесь русской поэзии темы-сюжеты,
И драмы, и сказки про то и про это.
Обрывки, обломки, обноски, огрызки -
Они, разлагаясь, напомнят о близких.
Бомжи, словно вороны, цапают вещи.
По спинам мороз пробегает зловещий.
Здесь музыку мухи разносят на лапах,
И всё хорошо бы, но запах, но запах!
Несётся, несётся далёкая тройка -
К тебе ль, от тебя ли, родная помойка?
Когда увезут и куда - неизвестно.
А может, не надо, и всё бесполезно.
Стоит богатырь перед ней величаво.
Куда ему ехать - налево, направо?
Помойка, ты памятник русскому Року.
Ну, всё, поглядели! Пора и в дорогу.
РАДОСТЬ
Шарик воздушный
Я надувал.
Шарик воздушный.
- Это не нужно,
Кто-то сказал. -
Это не нужно.
Выпрыгнул шарик -
И к облакам.
Выпрыгнул шарик.
Те возгордились:
- Не ровня ты нам!
Эх, возгордились.
Холодно стало
От колкости слов.
Холодно стало.
Ниже деревьев,
Ниже кустов
Солнце упало.
Может, не надо
Злобу плодить?
Может, не надо?
Это же очень то-о-онкая нить -
Радость!

МИФЫ
Мы ничего не знаем -
На всем секретные грифы.
Ходим и подбираем
Сказки и мифы.
Был человек, и не стало.
А всё на него молилось.
Вдруг слетел с пьедестала -
За что такая немилость?
Домыслы и легенды
Обвивают как плющ знаменитых.
А у простых смертных
И имена забыты.
Века мозговых промываний,
Зомбирование прозревших.
Правда и ложь - на грани,
И различить где ж их?
Подумай: что тебе надо?
Ждёшь ли истину в гости?
А нет: слышишь, блеет стадо -
Прыгай, задравши хвостик!
СЫНЫ
Мы живём - печальные сыны -
Никому в России не нужны.
И никто не пожалеет нас.
Даже брат обманет и продаст.
Вот такая странная страна…
Вся беда, что нам она нужна.
В годы золотые и глухие
Мы никто без матушки России!

ИСТОРИЯ
Всегда найдутся запевалы.
Потом сойдутся подпевалы,
Услужливые зубоскалы.
По струнке встанут генералы.
Клыки оскалят каннибалы.
Благословят всё кардиналы…
И кто-то важно выйдет к трону,
Напялит на башку корону
И, руку положив на Книгу,
Держать в кармане будет фигу.

ПОД ЮЖНЫМ НЕБОМ
Каррр!..
Ворон 
Выронил весть,
Что кость будет есть.
Даррр!..
И другие 
На пир падали -
К падали.
Жоррр!..
Что в поле белело,
Иссохло,
Истлело.
Вздоррр!..
А где-то 
В панельном доме
На карточке в раме
Безусый, в панаме -
Сын.
(О, южное небо,
Ни мира, ни хлеба!)
…Из нашей забытой
Российской семьи -
Один.
ПРАЗДНИК
Ждали праздника люди,
Ждали.
Но плевались потом
И блевали.
Ох, как хмуро
День начинался!
Я болел
И тоже плевался.
А ведь я
Этот праздник устроил
И на нём
Был царём и героем.
Но потом вся махина 
Сорвалась
С тормозов
И под гору помчалась.
На душе вкус полынный,
Горький.
Ох, беспутные
Русские горки!
И без праздника
Тело тупеет,
Ну а в праздник 
Гулять не умеет.
Среди будней
Серых и грязных
Людям снова
Хочется в праздник.
Эх, махну на всё я
Рукою 
И опять вам праздник
Устрою.

ФАНТАЗМ
Сегодня троллейбус странный:
Он возит людей бесплатно.
Мы едем в дальние страны:
Куда, зачем - непонятно.
Нам весело и вольготно.
Кондуктор горланит песни
О том, как птицы свободны,
Как чуден простор небесный.
И мы, ему подпеваем,
От радости чуть не плача.
За окна деньги бросаем -
Они ничего не значат.
А солнце и радуга бьются
В стёклах и роговицах.
И все от души смеются,
У всех счастливые лица.
В открытые двери и окна -
Ветерочка резвая шалость:
Вьются кудри и локоны,
Что у кого осталось.
Ну сколько можно пить водку,
Уныло глядя в стаканы?
Смени лицо и походку,
Поедем в дальние страны!
И только один водитель
Сидел к веселью спиною.
Он знал, в какую обитель
Везёт людей за собою.
Один лишь он был в печали,
На лбу - жемчужинки пота.
Но мы ему не мешали.
А что поделать - работа!
Остановись, обыватель!
Мы в радости превеликой.
Прими же рукопожатье,
Давай на ходу к нам прыгай!

КАРМА
Вечер пьян
И стервозен.
Спит Степан
На навозе.
Тот пройдёт -
Отвернется.
Та вздохнёт.
Та запнётся.
"Надо судить!"
"Надо спасать!"
"Может, простить?"
"Может, понять?"
Ты, зажав нос,
Смотришь косо.
Есть вопрос?
Нет вопроса.
"Из навоза прём,
Без сомнения,
И в него уйдём -
В удобрение".
"Сам виноват.
С мозгами всё ж!
Кто-то богат,
Кто-то - бомж".
И лежит всерьёз,
Не просыхает.
Врос в навоз
И сам прорастает -
Куст алых роз
Благоухает.
"Может карма у него-с такая!"

ВОРОНЫ
Клюйте, завистники!
Клюйте, стервятники!
Вряд ли я чистенький,
Вряд ли приятненький.
Песенку грустную -
К чёртовой матери!
Я себя чувствую 
На иппликаторе. 
Что ж по-злодейски,
Без жалости лупите?
Ладно, скорее вы
Клювы затупите!
Стерпится - слюбится.
Аль недотроги мы?!
Вырастем, умницы,
Русскими йогами.
Выше потянемся
Ветвью здоровою.
Туго обтянемся
Кожей слоновою.
Вы к нам, голодные,
С клацаньем-клёкотом.
Мы же вас, родные,
Хоботом, хоботом!
Ох, разлетитесь вы
В разные стороны,
Злые стервозники,
Жадные вороны!
Где-то за ёлками
С кислыми думами
Щёлкайте, щёлкайте
Клювами, клювами.
Небо и солнце
Да волю мы выбрали.
Вам остаётся
Покаркивать издали.

ОДИН
Не уйду в монастырь,
Не полезу в герои…
Я миную пустырь
За навозной горою.
И найду себе дом,
Переживший все беды.
Заведу под окном
С воробьями беседы.
Приласкаю сирень,
Поцелую рябину
И с угора весь день
Буду видеть долину.
Даль глубокая там,
Перезвон и цветенье,
И летят по полям
Лебединые  тени.
Я не много хочу:
Горсть рубиновых ягод,
За водою - к ручью.
Больше пищи не надо.
Заварю себе чай
Из малиновых листьев,
И придут невзначай
Интересные мысли.
Никого не предам,
Никого не обижу.
Весь доверюсь стихам
И полезу на крышу.
Все стихи - по листам
Разложу для полёта
И начну к облакам
Запускать самолёты.
Залетит в дальний край
Самолётик бумажный.
Ты стихи прочитай.
Может быть, это важно.
А в вечернюю тишь
Я усну под стрехою.
Как летучая мышь,
Брошусь вниз головою.
Будет дождь накрапать
Будут ластиться листья.
А в душе - благодать,
А на совести - чисто.
 
Шаманский Бубен
АК БАТЫР
В. Соловьёву
В синих цветах цикорий,
Тягуче полынь дурманит.
Над маревом плоскогорий -
Солнце в гранёном стакане.
У старой разбитой берёзы
Над могилою Ак Батыра*
Люди на полном серьёзе
Просят защиты и мира.
Звучат гортанные речи,
Вяжется нить поколений.
Плавятся недалече
Котлы жертвоприношений.
Сядем к трапезе горсткой,
Помянем прадедов наших -
Славянских, финно-угорских,
Великую Русь распахавших.
Оставлю монетку на память,
Ветвь обвяжу я лентой -
Может быть, легче станет
Племенам, рассеянным где-то.
За прошлых и будущих сирых,
За тех, кто уже явился,
Над могилою Ак Батыра
Я бережно помолился.
Окинув разгул природы,
Подумал: вряд ли спасусь я…
Висел под небесным сводом
Немой укор Иисуса.
* -  герой марийского эпоса

СЕВЕРНЫЕ НАПЕВЫ
Я уезжаю на Север,
А вы оставайтесь дома.
Включите мне "hall" и "reverb" -
Не хватает пространств и объёма.
Замучили жаркие думы,
Раскалённые сковородки!
Я уезжаю в чумы
Косматой  северной тётки.
Заснеженные народы,
С медленной кровью братья,
Хватит травить анекдоты!
Всех вас хочу обнять я.
Слезайте с полярной вышки,
Сядем скорей в салазки.
Сияний северных вспышки
Вам прищурили глазки.
Давайте-ка, братья, лучше
Съедим замороженный овощ -
Американских чукчей
Гуманитарную помощь.
Сядем к костру поближе,
Выкурим трубку мира.
Пламя щёки оближет,
Оттает под снегом лира.
Дайте хомус мне в зубы,
Я наиграю напевы
Фригидной, недружелюбной
Снеговой королевы.
Сугробы в пуху и гребнях,
Плоским блином - пустыня.
Весь мир - большая деревня,
И это понял я ныне.
Чумы выглядят чинно,
В них кипят самовары.
С Полярной звезды всё видно,
И стыдно за наши свары.
Ржут обнаглевшей рожей
Жители старой Европы.
Себе на уме мы тоже -
Простим нелепые трёпы.
Встану я на колени
Перед карликовой берёзкой.
Ветви-рога оленьи
Бегут далёкой полоской.
Какие здесь, братцы, (ух ты!)
Необозримые виды.
Надену шкуры и унты
И в космос открытый выйду.
Еду дальше на север.
Скрипучая сладкая дрёма.
Я закрываю "server".
Снег висит невесомо...
P.S.
Пусть искривлённый критик
Орёт, что я всё напутал.
Вы же в котле сидите,
А я на Севере - тута.
Поэза не для хрестоматий,
А для таких же прикольных.
А недовольные (мать их!) -
Они всегда недовольны.
Сидящие в электричках,
Разгадывающие сканворды,
Я посылаю вам личный
Иероглиф в унылые морды.
Вы наскальные линии
Средь массовеющей чуши
Читайте сердцем наивным.
Ваш вечно - Авгий Конюшин.

БЕЛЫЕ ЗВЕРИ
(Рассказ соседки по купе)
Три выстрела из ракетницы -
Три звезды для меня и ребёнка.
За нами бежала медведица,
И с нею два медвежонка.
Неслись они белые-белые
По вечному снежному насту,
А ноги мои онемелые
Как будто бы были в ластах.
На шее у зверя датчики -
Из космоса наблюдали:
Спутники, перехватчики,
ГРИНПИС, НЛО и так далее.
Будь проклята Книга Красная -
Не убить нам белого зверя!
Суд и штраф, как монстры клыкастые,
Набегали, пасти шеперя.
Я тоже была с детёнышем,
У дочки глаза раскрыты -
И нитка жизни всё тоньше,
И нет никакой защиты.
Я слышала сзади дыхание
Звериной жестокой натуры.
А ноги - ноль понимания -
Вязли и вязли, дуры.
Не хочу быть разорванной в клочья,
И уж если такое дело -
Разорву, разгрызу, раскурочу!
Я - такая же! Я - озверела!
И, быть может, почувствовав мой испуг
Иль услышав звериного бога,
Остановилась медведица вдруг
И пошла обратной дорогой.
Средь больничной сплошной гололедицы
Дочка бредила: "Мама, видишь?!"
И созвездье Большой Медведицы
К ней спускались всё ниже и ниже...

ШАМАНСКИЙ БУБЕН
В. Балахмею
Путь труден...
Шаман, шаман,
Бей в бубен -
Шамань, шамань!
На склоне - снега,
А в долине - лето.
Здесь баба-яга
Живет рядом где-то.
Небо течет, как река.
До него два шага.
Царапает облака
Гора Манарага.
Колотушка,
Со всей силы бей, бей
В старый бубен!
Созови, шаман, к нам гостей -
Хоть чертей!
Веселей будет!
Склонилась горы
Камень-глава.
Горят костры
Язычества.
Искры взлетают
Во тьму, во тьму.
И гаснут-тают
В дыму, в дыму.
Пляши, гуди
С пеной у рта.
Что впереди?
Немота.
Воронкой втянуло
Млечный Путь в каменный чум.
Праздник полярного 
Гула-разгула -
Бум-бум!
Шурум-бум!
Бурум-бум!
А когда отзвучит
Эхо северных магий,
Ты помолчи
У Манараги.
Пространство души
Заполнено шумом.
А ты не спеши -
Всё передумай.
Средь высот, 
И пустот
И вселенского молчания
Сердце,
Как бубен,
Бьёт, бьёт и бьёт...
От отчаянья!

МЕТЕОРИТ
Над нами вдруг разорвался
Тунгусский метеорит.
Каждый, как мог, спасался.
Шкура на мне горит.
Земля, прости своих подданных!
Ужас стучит в висок…
Все дерева обглоданы.
Тлеют трава и песок.
Сквозь дымную гарь и копоть,
Кашляя до тошноты,
Рвём когти - нам надо топать!
Безликие мы скоты!
Где ты, чистая зелень,
Неядовитый ручей?
На тысячи вёрст расстрелян
Лес. Он теперь ничей.
Пожар позади остался,
Я мордой упал на плато.
И кто-то с неба смеялся,
Но я не расслышал - кто.

ГАМАЮН
Снова над Лысой горой
Вечер сгущает краски.
Мы древнее с тобой
Идолов острова Пасхи.
Мы испытали всё...
Мы все достигли цели...
Изобрели колесо
И в сфинксе окаменели.
Ветер-дурак свистит
Над садами Семирамиды.
С голых бездушных плит
Видим: заветы забыты.
Зачем же тревожите вы
Наши усталые тени?
Вы опоздали, увы,
Мыслящие плоды растений!
А для Господних орбит,
Невидимых вашим глазом,
Матрица сохранит
Куцый искусственный разум.
Нам не дано осуждать
Вас за дела и мысли.
Сами себя карать
Станете в высшем смысле.
Нам лишь дано вещать
Вам о грядущей доле.
Боже, как жаль опять
Колос, цветущий в поле.

МАРИЯ
Несовершенно летняя,
Несовершенно зимняя
Обрастает сплетнями
Путаными, длинными.
А глаза раскосые,
А осанка царская…
Шла орда монгольская,
Шла орда татарская.
Кровь перемешалась вся,
Всё не успокоится.
Тёмная красавица,
И коса до пояса.
Там, где появилась ты,
Там - тайга дремучая.
По какой же милости
Жгут они и мучают,
Очи азиатские?..

СНЕЖНАЯ КОЛЫБЕЛЬ
Мы приехали с Севера,
Нас догнала зима.
Даже тот, кто не веровал,
Понял, что здесь САМА.
Руки дерев протянуты,
Сквозь пальцы сыплется снег.
Покинутых и обманутых
Не успокоить вовек.
Ветер ещё перелистывает
Недочитанную листву.
Всё, что казалось немыслимым,
Произошло наяву.
Душу мою мятежную
Запеленала метель
И уложила в снежную
Нежную колыбель.

НЕ ВИДНО
Уже упал снег.
Уже окреп лёд.
Уже истёк век
И вот…
Она забрела в дом,
Взяла с полки старый том,
Открыла - а со страниц
Стая вспорхнула птиц.
Это птицы зимы,
Сделав вечерний круг,
Всё, что оставили мы,
Выбелили вокруг.
Вот и замёрз проток,
Остановился сок,
Питающий кудри крон.
Всё погрузилось в сон.
Будет весной день:
В яркую синь-звень
Жизнь двинется вверх-вперёд,
Продолжится круговорот.
И принимай как есть.
И провожай навек.
Может, весной здесь
Будет другой человек.

ЗИМНЯЯ СПЯЧКА
(Медвежья идиллия)
В берлоге уютно,
Струится парок.
Рябок шалопутный
Проверил свисток.
Ничто не тревожит.
Я лапу сосу…
И, боже мой, боже,
Как тихо в лесу!
По пуху, по насту
Порой прошуршит
Какой-то ушастый
Лесной индивид.
И тянутся в соты
Медовые сны,
И хватит дремоты
До самой весны.
О, зимняя спячка
Под снегом в норе!
Но смертная драчка
На белом ковре.
Кому-то неймётся,
Кого-то ведёт
Любовное "хотца",
Голодный живот.
Достаточно жира
На мшистых боках.
Я вышел из мира
На время - пока.
И всё, что случится,
Я знаю давно…
Позёмки кружится
Веретено.
Но только не надо
В берлогу с ружьём,
Хоть ясно, что гадам
Закон нипочём.
Мне снятся ромашки,
С опятами пень.
Трубит в роще тяжко
Любовник-олень.
И звери и  люди
В азарте борьбы…
Так было.
Так будет.
Эх, выспаться бы!

ПАРМА
Н. Минуллиной 
Спрятанная от веры,
Закрытая на засов -
Земля Кудым-Оша и Перы*
Лежит в объятиях снов,
Подпоясана кушаком. 

И бегут нехитрым узором
Песни, спетые ветерком,
Про её леса и озёра.
Плывут облака над ней
И таинственны, и величавы.
Я не знаю: что мне милей -
Подснежники или купавы?
В чём, подскажи, секрет
Твоего поднебесного звона?
А может, его и нет -
Только древние корни и крона.
Проснись и открой глаза,
Умойся цветов росою!
Но шумят и шумят леса…
А душа искололась о хвою.
* - герои коми-пермяцкого эпоса